Вопросы церковного права в полемической литературе по старообрядческому расколу второй половины XIX – начала XX века

29 апреля, 2021 Православие Комментарии : 0
Читали : 34

Автор: диак. Вадим Навныко, магистрант Минской Духовной Академии

Доклад, прочитанный на III Всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Христианское историко-культурное наследие: взгляд в прошлое и опыт настоящего», г. Якутск (13 апреля 2021 г.)

Актуальность доклада обусловлена продолжающимся, несмотря на примирительные шаги, предпринятые руководством Русской Православной Церкви Московского Патриархата (РПЦ МП), церковным расколом XVII в. (т.н. «старообрядческим»). К сожалению, старообрядческими группами («церквями») эти шаги были оставлены практически без внимания. Более того, Русская Православная Старообрядческая Церковь (РПСЦ, «Белокриницкая иерархия») в результате последовательно непримиримой позиции в отношении Православной Церкви приобрела еще больший авторитет и влияние в старообрядческом обществе. К тому же, по мнению автора данного доклада, продолжению существования и развития старообрядческого раскола способствует конфессиональная политика руководства РФ (например, празднование на федеральном уровне 400-летия рождения расколоучителя Аввакума). Из этого следует очевидность нерешенности проблемы старообрядческого раскола. Проблема эта, по мнению автора статьи, на сегодняшний день относится скорее не к тому, чтобы привлечь старообрядцев в Церковь или «примириться», а в том, чтобы не допускать перехода церковных чад к раскольникам. Этому может помочь углубленное, детальное изучение противораскольнических сочинений, особенно второй половины XIX – начала XX вв. Эти сочинения сейчас незаслуженно во многом забыты и совершенно неосновательно считаются продуктами «синодальной пропаганды» – иными словами, считаются априорными и тенденциозными. Между тем эти сочинения обладают высоким научным и, что особенно важно, полемическим уровнем, то есть в них практически (в некоторых и вовсе) не встречаются т.н. «порицательные выражения», однако есть строгое свидетельство об истине и правоте Православной Церкви по отношению к старообрядческому расколу и раскольникам. Научное изучение старообрядчества широко распространено в России и за рубежом, особенно развиваются региональные этнографические исследования, которые вышли на более высокий уровень по сравнению с предшествующим временем. Так же делаются попытки философско-исторического осмысления явления старообрядчества и истории раскола. Как кажется, церковный (канонический и догматический) характер этого явления в последнее время отходит на периферию научных исследований – по крайней мере, в церковном научном сообществе. В докладе производится краткий обзор, а так же даётся характеристика важнейших полемических противораскольнических сочинений о Церкви и церковной иерархии как академического уровня того времени, так и миссионерского, относящихся к каноническим проблемам. В описанных сочинениях подняты вопросы православного канонического права в отношении старообрядческих сообществ двух направлений – беспоповцы и поповцы, так же вопрос отмены (Поместный Собор 1971г.) клятв Большого Московского Собора 1667 года. Данный доклад адресуется прежде всего православным историкам (особенно историографам), канонистам, священнослужителям, а так же всем, кто хочет добросовестно изучить тему Великого раскола Русской Православной Церкви, и напоминает о важности канонических аспектов учения о Церкви и церковной иерархии в контексте раскола и необходимости непредвзятого изучения сочинений миссионеров, полемистов, писателей позднего синодального периода.

Драматические и во многом трагические события в России XVII века продолжают оказывать воздействие на религиозную жизнь русскоязычного православного общества (особенно в Российской Федерации). Раскол, в результате которого значительная часть православных того времени отошла от Церкви, по прежнему волнует современное общество, казалось бы, совершенно секулярное.

Так, в 2011 году на российские телевизионные экраны вышел 20-ти(!) серийный телефильм «Раскол» (реж. В. Досталь). Этот сериал, очень предвзятый, с односторонним взглядом на историю раскола, транслировался на одном из федеральных каналов («Культура»). Режиссер, по сути, показал понимание раскола и видение исторической эпохи XVII века с точки зрения старообрядцев.

Телесериал, конечно, не научное исследование и не может претендовать на достоверное изложение исторических событий. Тем не менее, он может оказывать намного большее влияние на умы, чем научная диссертация или даже телевизионная передача с участием профессиональных ученых-историков.

В 2017 году впервые в истории глава российского государства В. В. Путин посетил в Рогожской слободе с официальным визитом главу РПСЦ митрополита Корнилия (Титова), чем вызвал большое воодушевление среди старообрядцев.

Вообще период 2010-2020 годов не может не вызывать некоторых недоумений. При всем внимании к старообрядцам, особенно к РПСЦ, со стороны светской власти, средств массовой информации, в церковном отношении никакого возврата в Церковь со стороны старообрядцев разных направлений (согласий) и, конечно же, самого основного РПСЦ, не было и не предвидится. Создается впечатление попытки выстраивания альтернативы к Московской Патриархии. Возможно, это сильное преувеличение и все это вписывается в плюралистическую идею современного секулярного общества. Однако это внимание наносит вред Русской Церкви МП и, конечно, всему мировому Православию. Потому как раскол продолжается и такие события его только укрепляют.

Проблема старообрядческого раскола занимала очень большое место в сознании российского общества с момента его возникновения. С конца XVII века и до середины XIX века о расколе писали больше в апологетико-полемическом духе. С середины XIX века изучение истории старообрядческого раскола выходит на академический уровень, впрочем тоже с преобладанием апологетического направления. В духовных школах православной церкви в Российской Империи вводится специальный предмет и отдельная кафедра, посвященная расколу. Он изучается очень подробно, с разных направлений, вводится в научный оборот огромное количество архивного материала, происходят упорные дискуссии по разным вопросам. Не будет преувеличением сказать, что в XX-ом и XXI-ом веках, в сущности, научное сообщество не дало ничего полемически принципиально нового. Поэтому историографическое направление исследований сейчас имеет приоритет. Особенно важно изучение научного наследия второй половины XIX  начала XX века, в котором были разработаны все основные темы и проблемы по данному вопросу (старообрядчества и церковного права).

В современной дискуссионной литературе, публикациях и т.д. акцентируется внимание на историко-философские предпосылки возникновения и развития старообрядческого раскола. Так же особенно муссируется тема обрядовых различий, легитимности «старого» обряда и проблема преследований в синодальное время старообрядцев различных направлений. Идет попытка навязать «покаяние» в одностороннем порядке правопреемнице Синодальной Церкви (Греко-российской) нынешней РПЦ МП. При этом почти совершенно забываются или нивелируются крупные нарушения церковного права, происходившие при начале старообрядческого раскола и по ходу его развития, вплоть до сегодняшнего времени. Эти нарушения поставляют последователей старообрядчества различных направлений вне Вселенской Православной Церкви, что с точки догматико-канонического церковного мышления имеет колоссальное значение в перспективе вечного спасения. Поэтому разбор канонических вопросов о Церкви и церковной иерархии имеет важное значения для скорейшего возврата в Церковь старообрядческих раскольников, но в большей степени скорее для предотвращения перехода в раскол чад Православной Церкви.

Канонические вопросы о Церкви и церковной иерархии, как было выше сказано, являются наиболее важными на сегодняшний день в полемике с раскольниками-старообрядцами. Эти вопросы стали особенно актуальны после образования раскольнической иерархии в Белой Кринице в 1846 году. Полемисты того времени очень подробно изучили и показали полную каноническую несостоятельность данной иерархии. К началу XX века образовалась обширная научно-полемическая литература по этому вопросу, которая имела историко-канонический характер. Ее авторами были ученые-расколоведы, бывшие старообрядцы, перешедшие в каноническую Церковь, епархиальные миссионеры.

Церковная иерархия, ее наличие, правильность (православность), легитимность являются вопросом первостепенной важности для верующих. Потому что верующие христиане приобщаются к Богу и спасаются через Таинства Церкви, при условии правильного совершения их правильным священством. Так же не менее важной функцией церковной иерархии является хранение догматов веры и точное им научение.

С середины XIX века полемика со старообрядческим расколом выходит на новый уровень по сравнению с предыдущим временем, особенно с ранним периодом. Этому способствовало увеличение численности раскольников, развитие церковной и светской исторической (гуманитарной) науки. Большой толчок к серьезному изучению раскола дало образование т. н. Белокриницкой иерархии на территории Австро-Венгерской империи (ныне Украина, Черновицкая область).

Какие же канонические вопросы были подняты в полемике со старообрядческим расколом с середины XIX — начала XX вв.? Были продолжены исследования вопроса, который относился к беспоповщицким течениям: о возможности существования Церкви без иерархии (без священства). Также был очень широко развит вопрос о церковном браке у беспоповцев. Можно отметить, что для сегодняшнего времени он потерял актуальность, т.к. был тесно связан с гражданским законодательством синодального периода. Исходя из безъиерархичности беспоповщицких согласий, поднимались вопросы, относящиеся к сакраментологии. Но основной канонический вопрос, касающийся беспоповства, относился к возможности существования Церкви без церковной иерархии. Эта тема подробно исследовалась в работах Андрея Ивановича Предтеченского и Николая Ивановича Ивановского.

Предтеченский Андрей Иванович (1832-1893) известный публицист, духовный писатель общего апологетического направления. Занимал кафедру общей гражданской истории в Санкт-Петербургской духовной академии. В 1860 году вышло его сочинение, посвященное полемике с беспоповцами: «О необходимости священства, против беспоповцев».[12] Предтеченский одним из первых на научном уровне того времени подверг критике беспоповщицкое учение о церкви и вытекающее из него учение о полном прекращении священства, из-за которого беспоповцы по православному вероучению не имеют никакой надежды на спасение.

Николай Иванович Ивановский (1840-1913) был известным специалистом в области старообрядческого раскола. Преподавал предмет «История и обличение русского раскола» в Казанской духовной академии, неоднократно лично участвовал в прениях с раскольниками. Написал большое количество работ по разным вопросам расколоведения, как беспоповщины, так и поповщины, а так же трудов о старообрядческих сектах. Исследование, за которое Ивановский получил степень доктора богословия (1883), называлось «Критический разбор учения беспоповцев о церкви и таинствах» [5]. В этом объемном сочинении подробно и обстоятельно раскрывается учение беспоповцев о церкви, церковной иерархии и о условиях совершения таинств без священства, показана полная несостоятельность и противоречивость беспоповщицкого учения. Ивановский доказывает, что Церковь, о которой учит Символ Веры, есть земное сообщество верных, имеющее семь Таинств и церковную иерархию, и именно в этом виде Вселенская Церковь будет существовать до Второго Пришествия. Беспоповцы к этой Церкви не относятся ни догматически, ни канонически.

Очень важная статья (реферат) по вопросу церковной иерархии была прочитана Белоликовым В. З. в 1914 году на заседании Археологического общества в Киевской Духовной Академии. Статья имела следующее название: «Непримиримые противоречия в учении беспоповцев о священстве» [2]. В этом реферате был поднят вопрос о противоречивом каноническом статусе беспоповщицких наставников в свете 1-ого съезда поморцев-беспоповцев 1909 года, где шли дискуссии об этом статусе, а также после признания 17 апреля 1905 года статуса беспоповщицких наставников гражданской властью наравне с духовными лицами инославных исповеданий.

Отметим, что в строгом смысле данный вопрос (жизнь Церкви без иерархии) имеет догматический характер. Но при всем этом он имеет и явный канонический оттенок. Потому что этот вопрос не только сугубо теоретический, но практический, т.к. все канонические постановления относятся только к Церкви, понимаемой как «Церковь Символа Веры» или, как писали полемисты синодального времени – «символьной». Каноны были установлены символьной церковью и легитимно употребляются только ею. А современный диалог в соответствии с нормативными документами РПЦ МП по сути не имеет четких границ и его можно отнести к старообрядцам всех направлений (согласий) [13], что может вызвать большую путаницу, если не обозначить четких определений понятия Церкви. То есть вопрос о жизнедеятельности Церкви без церковной (священнической) иерархии это по сути вопрос канонического нахождения в Церкви.

Еще один вопрос, касающийся догматико-канонической области, поднимавшийся в вышеописанных сочинениях, возможно ли полное уничтожение (по разным причинам, обстоятельствам) православной церковной иерархии?

Что касается старообрядческих течений, приемлющих священство, то вопросы здесь касаются непосредственно церковного права. Они подробно разработаны, и литература по ним более обширна, чем литература по беспоповцам. Вопросы эти следующие. Прежде всего, это вопрос о каноничности иерархии, образованной в Австро-Венгерской империи (т.н. Белокриницкой) в 1846 году. В свою очередь он распадается на несколько других. Это легитимность перехода митр. Амвросия как не имеющего кафедру, на вдовствующую, каноничность его чиноприема кем, на каком основании, каноничность единоличного поставления им епископа. Из них происходит логический вопрос о преемственности законности старообрядческой Белокриницкой иерархии, который имеет сугубую важность для современного отношения к правопреемнице Белокриницкой иерархии – т.н. Русской Православной Старообрядческой Церкви. На данный момент эта раскольническая группа является самой многочисленной на постсоветском пространстве и, по всей видимости, наиболее авторитетной. Насколько вышеперечисленные вопросы важны, мы можем понять из следующего – 4-5 февраля 2015 года на Совете Митрополии РПСЦ была создана комиссия по ведению диалога с РПЦ МП о признании законности Белокриницкой иерархии. Было бы большой ошибкой со стороны православной церковной власти и общественности не придавать значения подобным образованиям.

Сочинение 1864 года известного миссионера, настоятеля Спасо-Преображенского монастыря миссионерского направления, духовного писателя игумена Парфения (Аггеева) (1806-1878) «Обличение ответов, данных раскольниками в защиту своего новаго, так называемого Австрийскаго священства» [9] посвящено подробному разбору канонических правил, в виде полемики с ответами старообрядцев на вопросы православных 1860 года к раскольникам, приемлющим т.н. австрийское священство. Подробно исследуются каноны, касающиеся клира и их применение к Белокриницким раскольникам: отлучение и извержение, самовольные переходы и отделения, симония, каноническое поставление епископа, помощь мирских властей при избрании/поставлении.

Небольшая брошюра библиотекаря вышеназванного миссионерского Гуслицкого монастыря Михаила Агапова [1] посвящена критическому рассмотрению вопроса чиноприема митрополита Амвросия (Паппа-Георгополи) в 1846 году старообрядцами в Белой Кринице.

Этому же вопросу (каноничности перехода митр. Амвросия) посвящена статья [7] известного специалиста по церковному праву и старообрядческому расколу, профессора Московской Духовной Академии (на время написания статьи – доцента) и будущего священномученика Громогласова Ильи Михайловича (+1937). В ней, в отличии от брошюры М. Агапова, написанной в простом публицистическо-полемическом стиле, вопрос законности чиноприема подробно рассматривается с научной точки зрения. Подробно рассматривается правильное понимание отношения церковного правила и его толкования вообще, и особенно 8 правила 1 Вселенского собора, на неправильном толковании которого старообрядческие раскольники обосновывают чиноприем митр. Амвросия в сущем сане.

В сочинении [10] наиболее известного противораскольнического полемиста и миссионера позднего синодального периода, бывшего старообрядца Павла Прусского (Леднева) в восьми беседах рассматриваются 8 правило 1 Вселенского собора, 69 Карфагенского, 15 Двукратного, а также так называемые «святоподобия», т.е. свидетельства из истории церкви, на которые ссылались старообрядцы в апологии своих канонических нарушений. Как известно, Павел Прусский не был ученым, в смысле не имел никакой ученой степени, но обладал огромной эрудицией, великолепной памятью и очень кротким характером полемики, что делало его большим авторитетом в области дискуссий со старообрядческим расколом того времени, в том числе и для академического сообщества. Произведения его не потеряли полемической актуальности и сейчас.

Полемическая книга [8] протоиерея Христофора Максимова, вышедшая вторым изданием в 1910 году, посвящена принятым законам гражданской власти, касающимся общественной легитимности раскольников разных течений. Особенное опасение вызывало признание раскольников. имеющих церковную иерархию, т.е. Белокриницкую. Эти вопросы не касаются непосредственно церковного канонического права, но, как мы видим, вытекают из них. Так, прот. Максимов высказывает опасение в образовании параллельной раскольнической иерархии наряду с православной и в образовании от этого различных проблем церковного характера. Фактически в этом сочинении подвергается критике индифферентный взгляд гражданской власти на православие (православную церковь), который может привести к ослаблению как государства, так и Российской Церкви, а также затруднить переход старообрядческих раскольников в истинную церковь. Автор приводит важные слова выдающихся противораскольнических деятелей в отношении Белокриницкой иерархии.

В тесной связи с политико-социальным вопросом признания легитимности старообрядческого вопроса стоит каноническая проблема снятия клятв Большого Московского Собора 1666-67 годов. Как известно, на Поместном Соборе РПЦ 1971 года, скорее всего, не без влияния политического фактора, эти клятвы были сняты. Ожидалось, что этот знак примирения со стороны православной церкви к старообрядцам привлечет если не всех, то значительную часть раскольников к возращению в церковь. Дальнейшая история показала, что снятие клятв не только не привлекло старообрядцев в православие, но еще больше запутало и усложнило это возвращение. Не помогло возврату раскольников и Обращение Поместного Собора 1988 г., подтвердившего снятие клятв Поместным Собором 1971 г. Очевидно, что надежды на скорый возврат старообрядцев и признание законной церковной иерархии полностью не оправдались. По всей видимости, этот очевидно миссионерский, примирительный (в одностороннем порядке) шаг требует еще более точных разъяснений со стороны церковного священноначалия и церковного научного сообщества, а, возможно, полного пересмотра данного решения и последующей отмены.

Вопрос снятия клятв, которого настоятельно требовали старообрядцы и их светские сторонники, особенно к началу XX века, подробно рассматривался православными полемистами в сочинениях позднего синодального периода. В труде [4] провинциального священника Зубарева Е. К. этой проблеме посвящена целая глава, в которой он доказывает, что не клятвы собора 1666-67, которые, возможно, усугубили разделение в первое время, были причиной раскола, но раскол был причиной этих клятв. А сами клятвы были наложены церковной властью канонично и исторически обоснованно. Свящ. Зубарев показывает, что снятие клятв со старообрядцев делает их схизму легитимной с канонической точки зрения, согласно 15 правилу Двукратного собора и поэтому с точки зрения церковного права РПЦ (на тот момент Греко-Российская ПЦ) становится еретической! Далее свящ. Зубарев напоминает о совершенной неосновательности отмены клятв, т.к. ещё 15 сентября 1763 года(!) на собрании Св. Синода вместе с Правительственным Сенатом было принято решение, что тех, кто употребляет старые обряды, но не удаляется от господствующей церкви, (т.е. признает ее), тех не считать раскольниками.

Этот канонический вопрос раскрывался в том же смысле в сочинениях общего характера. В части второй полемического сборника [6] Ивановского Н. И., предназначенного в качестве учебника для духовных школ, вопрос смысла соборных клятв 1666-67 гг. раскрывается очень точно. Ивановский подвергает критике положение о ложном противоречии в отношении единоверцев (якобы они находятся под клятвой), а также на неправильное понимание отношения клятв к древнему русскому православному благочестию, что является одним из распространенных заблуждений раскольников. Ивановский доказывает, что еще начиная с собора 1666-67 гг. допускалась возможность обрядовой разности при более умеренной и спокойной позиции «без прекословия и упрямства» старообрядцев. И даже если Церковь проявила излишнюю строгость и подозрительность в отношении старых обрядов, канонически недопустимо было отделяться от Нее.

О соборных клятвах пишет священник Кандарицкий в своем капитальном и, наверное, самом объемном и всеохватном (720 с.) полемическом труде [7] синодального периода, посвященном старообрядческому расколу. Свящ. Кандарицкий выделяет основные вопросы по этой теме (напр.: дают ли эти клятвы право на отделение старообрядцев от Церкви? были ли нарушены догматы, каноны при наложении клятв? находятся ли под клятвою прежние подвижники благочестия? и др.) и дает подробные ответы на них. Основная мысль свящ. Кандарицкого состоит в том, что клятвы собора не касались догматических вопросов, а были сугубо обрядовые и канонически совершенно легитимные, потому что они относились к «раздорникам, хулящим церковь». В этой работе свящ. Кандарицкий подробно рассматривает текст актов собора 1666-67 гг.

В труде епархиального противораскольнического миссионера Плотникова К. Н. [11] приводится мысль о том, что наложение клятв было вынужденной реакцией на противление группы раскольников, имевших большую популярность в народе, с целью предотвращения дальнейшего распространения их учения. И хотя это осуждение было очень строгое, но не превосходило своей строгостью древнейшие церковные соборы. Плотников доказывает, что Церковь по своему усмотрению может менять обряды и даже каноны, но не догматы, а на соборе 1666-67 гг. изменения догматического учения не было, следовательно, клятвы на противников Церкви были наложены абсолютно правильно, несмотря на дальнейшее увеличение численности раскольников, пик которого пришелся на начало XX века.

Рассмотренную полемическую литературу невозможно строго классифицировать. Во многих из работ преобладает публицистический стиль, тем не менее, все они основываются на общих историко-канонических источниках, как в откровенно миссионерских сочинениях бывших старообрядцев, так и в сочинениях профессиональных академических ученых-расколоведов. То, что объединяет их это точное, исторически и канонически обоснованное объяснение положений церковного права о Церкви и церковной иерархии, их легитимное применение в сложный и запутанный период церковной истории. Поэтому данные сочинения остаются не просто памятниками православной мысли позднего синодального периода, но и актуальными произведениями по церковному праву для современных историков, канонистов и расколоведов.

УжасноОчень плохоПлохоНормальноХорошоОтличноВеликолепно (Пока оценок нет)
Загрузка...

Автор публикации

не в сети 7 часов

Редакция

Редакция 0
Комментарии: 3Публикации: 123Регистрация: 30-10-2016

Оставить комментарий

Для отправки комментария вам необходимо .